(no subject)
Aug. 8th, 2009 02:00 amНе пора
Хороший урок жизнелюбия дал мне знакомый пёс Бим.
Он был из мелких терьеров. Очень старый –
За двадцать лет. Собаки столько не живут. Он этого не знал.
Большую часть времени спал на выцветшей подстилке.
Бельма почти поглотили глаза, шерсть где выпала, где свалялась –
Старость по большей части неприглядна, тем и страшна.
Бим любил шоколад. Вредная привычка, но этого он тоже не знал.
Когда я приходила в гости к его хозяйке и разворачивала принесённую плитку,
Бим просыпался. Всегда. Демонстрировал заинтересованность:
«Я – вот. Не забыли, надеюсь? А то с вас станется!».
Хозяйка, смеясь, приговаривала:
«Куда тебе шоколад? Тебе уже пора в кулёк, Бим!».
Тут он преображался – прыгал, вилял облезшим хвостом,
Даже подтявкивал глуховато: «Нет, не пора в кулёк, не пора!
Я живой, я ещё молодой, ну дайте же, дайте шоколадку!».
Конечно, кусочек он получал,
И хвост благодарно молотил по подстилке.
Потом Бим умер.
В конце всегда кулёк, чёрный шуршащий полиэтилен,
Непроглядный, прилипающий к коже, не дающий вдохнуть.
Но каждый раз, когда чернота подходит слишком близко,
Я вспоминаю старенького полуслепого терьера.
Не пора в кулёк, нет, не пора.
© Т. Луговская
P.S. Когда хреново на душе, я перечитыаю стихи Танды.
Не пора в кулёк, нет, не пора.
Хороший урок жизнелюбия дал мне знакомый пёс Бим.
Он был из мелких терьеров. Очень старый –
За двадцать лет. Собаки столько не живут. Он этого не знал.
Большую часть времени спал на выцветшей подстилке.
Бельма почти поглотили глаза, шерсть где выпала, где свалялась –
Старость по большей части неприглядна, тем и страшна.
Бим любил шоколад. Вредная привычка, но этого он тоже не знал.
Когда я приходила в гости к его хозяйке и разворачивала принесённую плитку,
Бим просыпался. Всегда. Демонстрировал заинтересованность:
«Я – вот. Не забыли, надеюсь? А то с вас станется!».
Хозяйка, смеясь, приговаривала:
«Куда тебе шоколад? Тебе уже пора в кулёк, Бим!».
Тут он преображался – прыгал, вилял облезшим хвостом,
Даже подтявкивал глуховато: «Нет, не пора в кулёк, не пора!
Я живой, я ещё молодой, ну дайте же, дайте шоколадку!».
Конечно, кусочек он получал,
И хвост благодарно молотил по подстилке.
Потом Бим умер.
В конце всегда кулёк, чёрный шуршащий полиэтилен,
Непроглядный, прилипающий к коже, не дающий вдохнуть.
Но каждый раз, когда чернота подходит слишком близко,
Я вспоминаю старенького полуслепого терьера.
Не пора в кулёк, нет, не пора.
© Т. Луговская
P.S. Когда хреново на душе, я перечитыаю стихи Танды.
Не пора в кулёк, нет, не пора.