bisey: (Default)
На выходных довелось перелистать пару попаданческих романов, где авторы не мелочатся и посылают в прошлое не супер-мега-крутого героя, даже не пару современных или будущих дивизий - а целые страны.
Вот только все авторы перенос осуществляли лишь один раз. Но чего мелочиться?






Едем-едем, видим мост, под мостом ворона мокнет.
Хвать за хвост её – на мост: пусть ворона сохнет.
Едем-едем, видим мост, на мосту ворона сохнет.
Хвать за хвост её – на мост: пусть ворона мокнет.
Едем-едем, видим мост…
© народ





Из записки руководителя Большой Лаборатории Времени начальнику 6-альфа сектора Лаборатории (перевод с Вейского, 25638 год Вегранской эры):
«Коллега, вам не кажется, что шутка и в первый-то раз была не слишком удачной, а от повторения она смешнее не становится?.. Убедительно прошу унять наконец ваших лаборантов и прекратить регулярные откаты временной линии в известных вам параметрах хронокластера. В противном случае я вынужден буду задуматься о том, насколько вы лично соответствуете занимаемой должности…»


– Граждане и гражданки Советского союза! Сегодня, 22 июня 2013 года, в четыре часа утра, без объявления войны немецко-фашистская Германия в очередной раз напала на нашу страну…
Лейтенант Иванов прикрутил ручку громкости радиоприёмника. То, что скажет стране председатель правительства товарищ Хлебников, он и так знал. Снова, как и в 1941-м, 1953-м, 1965-м и позже, на территорию СССР лезла гитлеровская орда. И снова, как 53-м, 65-м и в следующие разы оказывалось, что время шло непрерывно лишь в границах страны. Во всём остальном мире сейчас было лето 1941 года, и нацисты ещё не знали о неизбежном поражении.
Как бы то ни было, вверенный лейтенанту 145-й АОК уже давно работал. Советская электроника и автоматика – лучшая в мире! – ещё ночью привела в действие самонаводящиеся пушки, ракетные комплексы и мобильные минные поля, и сейчас они успешно перемалывали армию агрессора на его участке. Сидящему на КП лейтенанту оставалось лишь глядеть на экраны, пить чай и ждать указаний из штаба. Людям вмешиваться в работу автоматического оборонительного комплекса пока было не надо.
– Таки древние китайцы что-то в этой жизни понимали… – пробормотал сидящий за соседним пультом сержант Ковальчук. – Вот, товарищ лейтенант, почему Событие случается каждые двенадцать лет, как по азиатскому календарю?
– А кто знает… Может, хоть в этот раз учёные что-то поймут. У соседей, говорят, целая лаборатория развёрнута… Но там-то понятно – они Брест прикрывают, напряжённость исторических линий и всё такое. А у нас участок фронта второстепенный, никому мы особо не нужны…
– Зря вы так! – чуть наиграно обиделся Ковальчук. – Я вот мамке ещё когда обещал: без медали за Седьмую Отечественную домой не вернусь. И ведь будет медаль! Сами гляньте, как хорошо машины работают, никто ещё «полосу смерти» не перешёл. Так что наградят нас с вами за отличную службу, не сомневайтесь!
За стеной КП очередной фашистский бомбардировщик с грохотом врезался в землю. Лейтенант нахмурился:
– Какая тебе ещё медаль?! Это какой по счёту у фрицев самолёт?
– Двадцать второй с начала налёта, – сверившись с индикатором, ответил Ковальчук.
– А ракет по счётчику выпущено двадцать пять. Я тебе вчера даже не приказывал, а как человека просил: протри пятой зенитке оптику спиртом! А ты что? Ты возиться начал и до самого События так и не успел. Вот из-за тебя она и мажет иногда. Так что скажи спасибо, если эти три ракеты нам не придётся из своего кармана оплачивать.
– Дык товарищ лейтенант, ни один же фриц через наш район не пролетел!
– Если б пролетел, мы б вообще под трибунал пошли! Седьмой раз уж их бьём, пора б привыкнуть…
Чуть смягчившись, лейтенант продолжил:
– Я как раз в школе учился, когда Шестая Отечественная была. Сразу решил документы в военное подавать – как раз по времени под Седьмую подходил… Да только не повезло мне. Сижу вот как дурак, роботами командую… ну, тобой ещё иногда. А одноклассник мой в спецназ попал. Он, наверно, скоро в Берлин полетит…
– Как думаете, живьём возьмут в этот раз? – полюбопытствовал Ковальчук.
– Да хотелось бы. А то что же: в московском зоопарке есть клетка с живым Гитлером – а у нас в Ленинграде нет? Непорядок! А теперь, может, и появится. И Гитлер будет помоложе, покрасивее. В Москве-то он ещё с Пятой сидит, совсем старенький уже. Сам знаешь: когда в Шестую весь вермахт сразу бомбовым ковром накрыли – так того Гитлера с перепугу кондрашка хватила. А сейчас, может, и поймают живым…
Лейтенант замолчал. Где-то вдали бессильно погромыхивала фашистская артиллерия. Ни один её снаряд не мог упасть на советскую землю.
– Ничего, – сказал наконец Иванов. – Будет и Восьмая. Я к тому времени уж капитана, наверно, получу…

bisey: (Default)
«Представьте, что на чердаке старого дома (давайте допустим, что у вас есть старый дом), в пыльном углу нашлась коробка с пожелтевшими семейными фотографиями. Какие-то господа в старомодных костюмах, дамы в красивых платьях… Все – черты лиц на фото, антураж, само место, где найдены фотографии, – говорит о том, что на снимках ваша родня. Здесь точно есть ваши прадедушка и прабабушка, но кроме того их родные, двоюродные, троюродные братья и сестры… Если бы на фотографиях фигурировали один-два человека – все было бы просто. Но поскольку лиц много – вероятно, и кандидатов в ваши прямые предки будет несколько.»
© А. В. Соколов «Мифы об эволюции человека», 2015

"Гладкая коричневая плоскость стола. Веером – старые газетные вырезки, фотографии, рисунки. Я не знаю людей, кто на них изображён, но вижу в них одни и те же черты. Возможно – это мои предки.
Я пытаюсь восстановить свой род...
© я, ранее 2008 года:

http://bisey.livejournal.com/5174.html

Вот и что об этом думать? То ли мы с Соколовым синхронно додумались до одного довода - то ли он читал мой текст :)

З.Ы. Претензий никаких, просто забавно.

bisey: (Default)
Кинул на Фикбук новый фанфик:

https://ficbook.net/readfic/3246822

От поклонников канонов часто слышишь: "Не смейте обижать персонажей, они же живые!"
Интересно, что бы было, если б персонажи сами могли заказывать фанфики о себе?

bisey: (Default)
Все знают, что после смерти родителей Гарри Поттер воспитывался в доме своей тётки Петунии, которая была замужем за мистером Дурсли – на редкость неприятным типом (впрочем, и сама тётушка была той ещё змеёй). Однако Элиезер Юдковский в своём фанфике «Гарри Поттер и методы рационального мышления» попробовал представить, что могло бы получиться, если бы Петуния вышла замуж за университетского профессора. Ну а я – бредить так бредить! – сделал другое предположение: что могло бы получиться, если б мужем Петунии и отчимом Гарри стал офицер SAS, мастер диверсий и выживания в любых условиях, тот, что во время войны за Фолкленды голыми руками перебил роту аргентинцев, а после плевком сбил вражеский бомбардировщик? Какой бы Гарри Поттер мог вырасти в такой семье?

Итак, вот несколько фрагментов из не предполагающихся к написанию романов-фанфиков «Гарри Поттер и ядерная бомба», «Гарри Поттер и секретный штаб», «Гарри Поттер и узник Эйч-блока», «Гарри Поттер и орден Славы третьей степени» и т. д.

Read more... )

bisey: (Default)
Наблюдал за ходом одного из вечных холиваров, бушующих в сети, и неожиданно придумалась идея для фантастического рассказа.

... Наш мир, ближайшее будущее (специально подчёркиваю!). Все ныне существующие проблемы ещё не решены, но есть одно маленькое различие: учёные наконец разобрались в причинах человеческой гомо- и транссексуальности и разработали надёжный и безопасный для пациента метод корректировки сексуальной ориентации и(или) гендерной идентичности. Казалось бы, на улице гомофобов праздник - но нет: этот метод работает в обе стороны. Словом, отныне любой теоретически имеет возможность сменить ориентацию и психологический пол (с анатомическим дело обстоит так же, как и у нас - менять можно только хирургически). Добавлю ещё, что методика коррекции относительно проста и доступна для любой страны, имеющей хотя бы подобие современной медицины. И, наконец, вишенка на торте: для методики согласия пациента не требуется.
И вот к каким последствиям для общества это привело бы?..

Навскидку мне пока представляется примерно такое:

1) Ну, разумеется, в исламских странах тамошних гомосексуалов тащат не только в тюрьму, но и в клинику. Однако под это дело смертную казнь в Иране и Саудовской Аравии отменили, заменив тюремным заключением и принудительной коррекцией.

2) На Западе - дикий раздрай. Кто-то из активистов по защите прав меньшинств требует раз и навсегда запретить всякое использование "методики Х" (буду далее для простоты называть её так - хоть какое-то название ведь нужно?), поскольку она посягает на идентичность граждан; слышны, разумеется, речи о наступлении "психологического тоталитаризма" и о подавлении свободы. Другие, напротив, требуют внедрить "методику Х" как можно шире и гарантировать гражданам право самостоятельно выбирать свою сексуальную ориентацию или отказываться от таковой. Из числа последних нашлось даже уже некоторое количество "натуралов", добровольно и открыто ставших геями/лесбиянками, би- или асексуалами, чтобы поддержать движение ("Ничего, не понравится - сменим обратно!"). При этом обе стороны едины в том, что запрещают называть "методику Х" лечением: для одних это насилие над личностью, для других - нечто вроде адаптации организма под желание человека.

3) У религиозных организаций - очередные проблемы: можно сказать, только-только смирились с самим существованием гомосексуалов - и вот на тебе, всё по-новой! Кто-то из христианских иерархов требует запрета "методики Х" ("Что Бог дал - с тем и живи!"), кто-то напротив давит на прихожан неправильной ориентации, чтобы они наконец "излечились". У мусульман - примерно то же самое, разве что шейхов, рассылающих фетвы с требованием "отречься от греха" намного больше. У иудеев, само собой, на двух раввинов - три мнения... как, впрочем, и всегда. Что думают буддисты или, скажем, синтоисты - мало кто знает.

4) Сами же ЛГБТ в тех странах, где они не криминализированы, тоже не едины. Кто-то (в основном верующие) воспользовался новой методикой и принял традиционную ориентацию, кто-то "расширился" (был жёстким гомо - стал би), но большинство в сомнениях и не особо рвётся "назад в лоно гетеросексуальности" и предпочитают знакомые проблемы рискованному шагу (ну да, в конце концов, "натуралы" тоже не кинулись массово розоветь и голубеть).

5) В России шансы на отмену наказания за пропаганду гомосексуализма стремительно превратились в ноль. Теперь, "с методикой Х", это действительно пропаганда, которая может действовать. Ширится движение за возврат в УК статьи, карающей за мужеложство (лесбиянки им, как всегда, фиолетовы)...

... Писать этот рассказ я не собираюсь: не вытяну, только тему запорю. Так что если кто-то решит воспользоваться идеей - ради бога. А пока предлагаю пофантазировать: какие бы ещё последствия в современном мире* вызвала та самая "методика Х"? И как может выглядеть мир, где ориентация - это свободный выбор человека?

З.Ы. Поскольку тема потенциально срачегенная, заранее предупреждаю: следить за дискуссией буду пристально и попытки свести разговор к очередному "педиков на кол" будут вызывать предупредительный выстрел в голову.



______________________
* Прорыв конкретно в одной, очень узкой области - иначе получаем буджолдовскую Цетаганду или Колонию Бета, а их обсуждать не так интересно.

bisey: (Default)
Давным-давно написанная третья часть к "Энгэ" и "Бунго". Не совсем окончание - но пусть будет. Финал истории я когда-нибудь допишу.


Мы уходили воевать,
А за стеной стояла знать
И ставила – на тех, кто победит.
Гремел войны девятый вал,
Но никого не волновал
Локальный затянувшийся конфликт.

Судьба ведёт наёмника сквозь тысячи дорог
На перекрестье городов и стран.
Театр военных действий пройден вдоль и поперёк,
Использован, как собственный карман!
Алькор (С. Никифорова)



Мы Господу служили?
Ну, это, брат, едва ли;
мы в веру не входили.
Мы просто воевали
и даже брали пленных…

Отстроена геенна,
каких и не бывало.
А мы ведь брали пленных.
Пожалуй, скажешь: «Мало»?
Ты бога, брат, обидел:
во всем великом крае
я лучшего не видел
и большего не знаю,
чем чтобы брали пленных.
А. Немировский





– Ещё раз увижу тебя возле Гинкуш – глаза вырву!
Я кивнул и указал ему за спину:
– Опа! А это что?
Он купился на старый трюк – обернулся и отвлёкся. Я двумя движениями сломал ему пальцы на обеих руках.
Что само обидное, Гинкуш – славная девочка, хоть и чистокровная орчанка. Ей бы нормального мужика, а не меня, урода – вышла бы замуж, нарожала бы детей, хоть орчат, хоть людей… Но я буду последним, кто заведёт с ней разговор на эту тему. Она меня выбрала – и всё, меня устраивает. Всем прочим искренне рекомендую не влезать. А кто влез – тому светлая память. Уж извините, но пять лет службы в «назгулах» даже из самого ярого пацифиста сделают боевика, привыкшего решать проблемы быстро и без вариантов. Когда-то таким пацифистом был я сам…
Оппонент коротко вякнул, упал на колени и попытался меня тяпнуть зубами за ногу. Я хотел было пинком сломать ему и без того изрядно выщербленную челюсть, но вспомнив, что он всё-таки приходится моей девочке родным братом, ограничился подзатыльником – безо всякой магии, просто сила руки.
– Уймись! Добром пока прошу! – посоветовал я ему.
– Да я… я тебе… – прохрипел было орк, но я, подцепив его пальцем за челюсть, поставил на ноги и тем пресёк дальнейшие разглагольствования.
– Так, пока ты не сказал ничего лишнего – заткнись, хорошо? А то ведь скажешь – и всё, я не стерплю, придётся тебя кончать… А я, видит Мелькор, гражданских уже не убиваю. Тем более родственников Гинкуш. МОЕЙ Гинкуш… ты понял?
– Да ты… человечье отродье…
Ну и что прикажете с ним делать? Всё, что я мог – это коротко и без замаха врезать локтём в висок. Человека бы такой удар убил бы на месте, проверено не раз – но у моих родичей-орков черепа малость покрепче. Помнится, когда прадедушка Утхаш вздумал припомнить молодость и показать, что он крутой воин урук-хай – я ему точно так же и двинул. В итоге он не только жив, но ещё и пьёт столько, что я лично сдох бы от интоксикации на второй день.
Орк, всхлипнув, опрокинулся мне под ноги и больше не двигался.
Я черканул по воздуху пальцем, точно подписывая счёт, и через секунду рядом возник официант.
– Так, всё, что с меня – одной колонкой. А сверх того – пару упаковок обезболивающего. Скажем, «Лютьен+» хорошо подойдёт. Когда мой друг проспится, у него будут болеть руки и голова.
– Ему врач нужен, – возразил официант, с интересом разглядывая моего недавнего собеседника. – Вы ему руки сломали. И сотрясение мозга может быть.
– Нужен – так вызывайте. Счёт тоже мне пришлёте, – Я шлёпнул на стол две карточки: из военкомата и из общежития министерства обороны, где я прописался после демобилизации и где имел право жить ещё три месяца. Официант ловко цапнул обе и несколькими нажатиями на клавиши внёс обе в память кассового аппарата.
Не люблю тратить деньги попусту, но пока что шесть месяцев ещё не прошло, и армия ещё платит за своего бывшего капитана и кавалера «Звезды Мелькора»… И что мне больше всего нравится в этом заведении – здесь никогда не задают вопросов. Ну подумаешь, один посетитель взял да искалечил другого? Значит, были причины. Завтра, конечно, придётся разбираться с полицией – но это сейчас меня волновало меньше всего: сколько б ни клеймили нас газеты «кровавыми карателями», пока не произошло что-то по-настоящему серьёзное – вроде убийства – ветерана-баррца не тронут. Полицейским тоже жить охота, да и среди них очень много тех, кто, как и я, был за Нурноном.
Выходя из бара, и вспомнив о Гинкуш и её дураке-брате, я негромко промурлыкал себе под нос:

Говорят, у моей девочки дурной характер,
Издеваются: у крошки, мол, дурной характер.
Слышишь, мама, эти парни только что из буцыгарни,
А горланят, что у девочки дурной характер!
А я всё смеюсь над ними: дураки!

На себя-то посмотрите: золотой характер?
У самих-то, значит, сахарный, святой характер?
Слышишь, мама, эти дурни только что из винокурни,
А ворчат-бурчат, как старый заржавевший трактор
И орут, как злые жабы у реки.


К Шелоб в паутину всё! Сейчас я иду к ней – и больше меня ничего не интересует. А если ещё один брат или просто знакомый вздумает встать у меня на пути… Я выдернул нож из спрятанного в рукаве чехла. Секунду полюбовавшись блеском лезвия, отливающего красным в свете луны, я сунул оружие обратно. Ещё не хватало, чтоб меня с ним прихватила полиция: после того, как контракт со мной был расторгнут, я уже не имел права носить холодное или огнестрельное оружие… даром, что последние пять лет я только этим и занимался.
Как там дальше? А, вот оно:

Я в глаза им улыбаюсь: пусть собачий норов,
Крошка гончая стрела, а ты – вонючий боров,
Слышишь, мама, это рыло всем нам истину открыло,
Эта туша в курсе споров про собачий норов,
Этот штымп желает мне добра!
*

Желаешь добра мне или Гинкуш – просто уйди в сторону. Мы сами разберёмся, без посторонних.



__________________________
* Стихи О. Ладыженского. Как поётся - можно посмотреть, например, тут:


bisey: (Default)
- Ма-а-ам, расскажи сказку! - канючил маленький дракончик.
- Сынок, а ты уже покушал? - спросила мама-драконица. - Будешь есть - расскажу!
- Ну ладно... - со вздохом согласился дракончик. Аппетита не было, но сказку хотелось.
- Жили-были три дракона... - начала мама.
Понемногу сынок увлёкся и, пока звучала сказка, съел всю свою порцию.
- ... И стали они жить-поживать, да... - усталая драконица зевнула, деликатно прикрывшись крылом.
На зубках её сына дохрустывали последние кости румынского богатыря Добрана, которого вчера нелёгкая занесла в окрестности пещеры.
bisey: (Трубка)
Вася Бубкин, убеждённый сталинист, знаток военной истории, военной техники и творчества Высоцкого, оступившись, падает в канализационный люк и, ударившись головой, оказывается в июне 1941 года.
Угодив в застенки кровавого жЫдо-большевиЦкого НКВД, Вася всё-таки попадает на приём к Сталину, где, чихая и кашляя (простудился в карцере), долго рассказывает про ход войны, полуторный патрон к автомату Калашникова, командирскую башенку на танке Т-34 и гнусТную суЧность Хрущова. Иосиф Виссарионович, ошарашенный рассказами попаданца, велит охране пока убрать его с глаз долой, а сам ходит по кабинету, думает и курит.
Ближе к вечеру Сталин чувствует, что его знобит. Помянув недобрым грузинским словом бурную молодость и Туруханский край, где осталось здоровье, Иосиф Виссарионович велит подать пару стаканов горячего крепкого чая с лимоном. Озноб, однако, не проходит, вдобавок начинает ещё болеть голова и ломить кости. Не выдержав и плюнув на недоверие к медицине, Сталин вызывает врача.
- Похоже на "испанку", - говорит тот, понимая, что терять уже нечего.
В припадке раздражения приказав расстрелять врача (голова болит уже нестерпимо), Сталин продолжает болеть.
Через пару дней в "Правде" появляется некролог: "После тяжёлой и продолжительной болезни..."
Ставший преемником Сталина Берия (ещё не знающий, что жить ему осталось всего пару недель: Георгий Константинович Жуков уже готовился взять власть в свои руки) на всякий случай приказывает расстрелять Васю. Вслед за Васей на тот свет совершенно случайно отправляются пятеро НКВДшников, умудрившихся подцепить тот же вирус.
- За что?! Я же свой, советский! - кричал Вася перед расстрелом, ещё не зная, что погубил его редкий штамм гриппа, который он подцепил ещё в своём времени, когда общался с приятелем, недавно вернувшимся из туристической поездки за границу...



Мораль: а нефиг попадать! Предки как-нибудь сами разберутся!
bisey: (Трубка)
Добравшись до интернета, я решил пересмотреть-таки клип "Gangnam style" (в новогоднюю ночь эту песню исполняла Анита Цой, а я, так уж вышло, до этого сие видео не видео :)). И с ужасом обнаружил, что фонетика корейского языка, на котором исполняется эта песня, один в один напоминает фонетику одного из придуманных мной языков из моей графомани. И при этом обыграть сходство (как я сделал с французским языком) не выйдет: точка разделения Земли и параллельного мира лежит где-то в сорока с лишнем тысячах лет назад, когда ни корейцев, ни вообще монголоидов в принципе не было.

Мораль: изучайте то, что есть - оно куда круче, чем то, что можно придумать! :))
bisey: (Трубка)
... но я практически не помню астрономию. Кто подскажет, какие параметры необходимо учитывать для спутника планеты, чтобы оборот этого спутника (местной Луны) составлял десять оборотов планеты вокруг своей оси (плюс-минус несколько часов)? Кто подскажет нужные формулы, тому я буду обязан :)
Мне для моей графомани нужно примерно знать:
а) массу спутника (в смысле - будут ли приливы);
б) расстояние от него до планеты (у которой оборот - это отнюдь не земные 24 часа).
bisey: (Default)
3 декабря в России празднуется День юриста. Вот представьте...

... Неярким зимним днём по городу шляются пьяные люди в самой разнообразной одежде, от гражданской, до формы полиции, прокуратуры или ФСБ. Но у каждого на голове - академическая шапочка: чёрная - у обычного юриста, красная (краповая) - у того, кто выдержал экзамен комиссии, состоящей из пяти профессоров. Юристы домахиваются до прохожих: "Так, а ну-ка, статью 37 Конституции на память! Быстро! Не помнишь?! А, салага!" - и ломают об голову четырёхтомник Гражданского кодекса. В связи с зимой в фонтанах никто не купается, но - всё звенит, всё шумит, всё вчиняет иски...
Юристы спорят и ссорятся между собой, меряясь числом выигранных процессов и вопя: "Что?! Юротдел завода? Да пока ты там отсиживался, я с голыми руками на прокурора ходил! Просил пять лет строгого режима, я свёл к штрафу в тысячу рублей!" - "Чего? Консультация? Блин, я пять лет в УСО, я таких адвокатов носом в лужу тыкал - тебе они даже не приснятся!". Все глыкают из горла: кто "Балтику №3", кто водку, а кто и коньяк - и не дай бог перепутать положенные по статусу напитки!
Полиция тихо фигеет и не вмешивается: куда лезть обычному ППСнику, если среди гуляющих - его собственное начальство? Празднующие же наоборот - при виде полицейских машин и патрулей оживляются. Но если десантники или, скажем, пограничники на свой праздник просто лезут в драку, то юристы потирают руки и лезут за пазуху - кто за ноутбуком, кто просто за ручкой и листком бумаги: если кто не в курсе, то пьяный юрист способен составить жалобу на действия даже телеграфного столба.
... Под вечер от компаний на лавочках начинают доноситься гитарные аккорды и нестройные вопли: "Па-а-алюби адвоката, девчонка, потому что он всё же не гад!", "Я в чужих делах копаюсь, как червяк, со здоровьем у меня большой косяк..." и "Руби подряд всех тех, кто драться не силён!" Окрестные жители, пережившие праздник, тихо крестятся и окольными путями пробираются домой: никому не охота внезапно оказаться потерпевшим, ответчиком или хотя бы свидетелем - да хоть и истцом!..

(Идея внезапно родилась в разговоре с коллегой)
bisey: (Default)
Отолкинев заново, роюсь в источниках - и неожиданно на "Арде-на-Куличках" нашёл свой древний комментарий к спору об этике (эх, было время, когда я ещё спорил на такие темы...), в котором я, неизвестно с какого перепугу, взялся стилизовать "готтентотскую мораль" под древневавилонский текст:

«Раб, соглашайся со мной!»
«Да, господин мой, да!»
«Корову я украсть желаю!»
«Укради, господин мой, укради. Тот, кто крадёт, живёт легко.
Без труда растит он богатство»
«Нет, раб, корову я красть не желаю!»
«Не кради, господин мой, не кради. Того, кто крадёт, сторонятся люди.
Вора хватает стража и в темницу заключает»
«Так украсть мне, что ли, корову?» – «Не кради коровы!
Мала выгода с неё, а беды велики. Укради лучше царскую казну!»
bisey: (Трубка)


P.S. Неожиданно обнаружил, что по фонетике и сюжету песня перекликается с моей графоманью:

«Алатана, сидевшая напротив, на ощупь подняла шавир* и тронула струны:

Будет новый день, и будет вечер,
Будут расставанья, будут встречи,
Будут и чужие, и родные люди,
Но тебя со мною никогда не будет…**


Она неожиданно оборвала песню.
– Нет, это не для сегодняшнего вечера. Слишком грустная.
– Не пой совсем, – предложил Соотар. – У тебя же все песни грустные.
– Не могу, – отозвалась Алатана, тихо перебирая струны. – Душа просит. Может быть, эту…
И с места её пальцы бросились в вихрь скачущего изломанного ритма.
– «Баллада о Лагхаре» ***, – шепотом произнес Соотар на ухо Гэну.
Алатана запела, и теперь в её высоком голосе звучал металл:

Ахаар оу-лон аз хорги,
Вирба лхан, балга Тобир.
Нэни даалта, мори рээ Нагха шен,
Соо ка-но ирихэн!


Гэн остолбенело смотрел на поющую девушку. Баллада была явно написана не так давно (слишком много в ней было словечек из реду****), повествовала о событиях, которые Гэн помнил и в которых участвовал в юности, но вот мелодия и сама манера петь… От них явственно веяло древностью. Так, наверное, пели в те времена, когда предки сегодняшних хоргов и чентаров на своих тростниковых катамаранах пересекали океан, навсегда покидая Хорбрарский материк, чтобы спустя тысячи лет стать кочевниками Севера.
А тем временем повествование разворачивалось, и последний великий полководец свободных хоргских земель Лагхар-аз-Тобир уже вёл свои войска к Ланадару, чтобы выбить легионы императора Хортана Великого за Зии-Корог… Тяжесть кожаного панциря с нашитыми пластинками железа, режущая пальцы тетива, немыслимо ровный строй певрской пехоты… И первый человек, убитый стрелой безвестного лучника из клана Наакон. Гэн тогда даже не запомнил его лица…
Теперь в балладу вступил новый голос:

Наг-шен канор – энгилах алхор,
Колбеен актэ танлат.
Силхаавари, Аз-Тобирха эйлита,
Соо каньи ирита.


Пела Селия, и странно было слышать, как дрожит от волнения голос, с земным акцентом поющий о хоргском герое. Селия плохо знала язык, безбожно коверкала слова, но мало кто замечал сейчас это. Песня подошла к тому моменту, когда Лагхар, уже оставшись один, брошенный всеми союзниками, вступил в свой последний бой. Разумеется, бился он, как и полагается герою легенды, неукротимо, и злобные певры отступили бы перед мощью всего одного воина, но верный конь споткнулся, меч затупился, а на плечах повисли десятки вражеских воинов…»

_______________
* Шавир – щипковый струнный музыкальный инструмент, распространённый в Певрате и западном Арленоре.
** Стихи Э. Куксовой (Остриковой).
*** Лагхар-аз-Тобир-аз-Нагха - величайший из полководцев Севера, на время объединивший кланы кочевников и в битве при Ландаре сумевший на время обратить вспять певрскую экспансию на хоргские земли.
**** Стихийно сложившийся англо-певро-хоргский жаргон, служивший для общения большинства населения Джанарской Конфедерации.
bisey: (Default)
Народ, нормально владеющий английским, подскажите: как можно назвать по-английски полицейский отряд быстрого реагирования, аналог нашего СОБРа или американского SWAT? Желательно, чтобы название складывалось в какую-нибудь красивую аббревиатуру (к примеру, как у австралийских STAR Force) - но не обязательно.
Нужно для моей вялотякущей графомани. В тексте до сих пор это подразделение фигурировало под аббревиатурой EAG (Emergency action group) - но, по-моему, такое больше подходит для какой-нибудь спасательной службы.
bisey: (Default)
... выложить на "Самиздат" первую часть моей старой графомани:
http://samlib.ru/editors/a/aksenow_a_w/oblikwoina.shtml
bisey: (Default)
Я писал, что мне снятся странные сны? Что ж, вот один из тех, которые я поленился описывать в прошлый раз. Честно признаюсь: сюжет мне приснился в ночь с 22 на 23 февраля, после вечера, когда мы с другом изрядно отметили наступающий День защитника Отечества :)





Хорошо просчитанные разумные выборы существуют в очень редких случаях. Даже Господь Бог, думаю, не мог сделать правильный выбор. Творить, не творить? Поэтому и сотворил Вселенную, чтобы посмотреть: чем эта фигня может закончиться?
© кто-то на «Астрофоруме»






– Свой же Я собственный, шестой раз кряду!
Создатель в сердцах отбросил в сторону чертёж и отошёл от рабочего стола. Последняя фаза проекта «Вселенная», модуль «Человек» никак не желал функционировать нормально. Вот и ещё одна пара из мужчины и женщины завалила тест на грехопадение…
– Люцик, тварь ты в обоих смыслах, опять твои выходки?!
Прикорнувший на диванчике в углу Люцифер что-то пьяно пробормотал.
Господь не горел желанием видеть на небесах своё непутёвое, хоть и лучшее творение, однако запретить не мог – точнее, не хотел… впрочем, для Него оба этих слова значили одно и то же. В итоге Люцифер, когда ему надоедало сидеть у себя в преисподней, оставлял на хозяйстве кого-то из своей компании падших ангелов, а сам отправлялся в гости. Оказавшись в прежнем обиталище, он моментально находил кого-то из старых домятежных знакомых, не примкнувших когда-то к его воинству, и принимался то долго и нудно жаловаться на судьбу и костерить почём зря злого Бога, то расписывать достоинства того мира, который сотворил бы он сам.
В тех же случаях, когда Люцифер являлся без своей вселенской тоски, всё оказывалось ещё хуже – он начинал шутить. Надо всеми. Как угодно. Чем угодно. Ничего святого для свежеиспечённого Ангела Бездны, разумеется, не было, и Господь не без оснований полагал, что пара странных ляпов в коде человеческой души – это не случайный баг.
Кончались все визиты Люцифера совершенно одинаково – он напивался. Находил ли он себе компанию из какого-нибудь слабохарактерного херувима, пил ли он один, мрачно глядя на проплывающие мимо светила – эффект был один и тот же. Бог старался не вмешиваться – Ему до сих пор было жаль того сильного и светлого ангела, которым был когда-то мятежник – да и имелись в отношении него кое-какие планы: известно же, что в Творении бесполезных деталей не бывает. Прочие же обитатели небес связываться просто не решались. Пьяный и уснувший Люцифер был для них куда удобнее, чем трезвый, бодрый и деятельный – да и, в конце концов, пьянство-то было целиком выдумкой павших ангелов…
Впрочем, даже в пьяном виде мерзкий характер Люцифера проявлялся во всей красе – он ухитрялся засыпать в самых неудобных для окружающих местах. Вот и сейчас Бог обнаружил его в своём личном рабочем кабинете.
– Молчишь? – Всеведущий не нуждался в ответе, но гнев каким-то образом нужно было излить. – Полагаешь, Я могу не знать, чем ты тут развлекаешься? Ладно ангелы, у них своя голова на плечах уже имеется… хоть и их жалко – но змея-то ты чему учишь, дрессировщик хренов? Животина бессловесная перед тобой-то в чём провинилась?
– Уже не бессловесная… – буркнул Люцифер, поудобнее заворачиваясь в кожаное крыло.
– Ну да, конечно, ты ж у нас непризнанный гений, ты его говорить научил! Зачем, скажи на милость? Я по Эдемскому саду прогуливаюсь – а он Меня из-под куста приветствует… зараза! Не он зараза – ты, с него-то, рептилии, что взять? Если бы Я хотел, чтобы у меня жил говорящий змей, Я бы его и сотворил!
Бог перевёл дыхание.
– Всё, решено, – сказал Он. – В этот раз мелочиться уже не буду. Последнюю, седьмую пару подключаю ко всему миру напрямую! И эти теперь удержатся!
– Тебе их не жалко? – совершенно трезвым голосом поинтересовался Люцифер, садясь на диване. – Если и эти завалят тест – весь же мир перекорёжит, и им самим последствия уже не разгрести! За что им такое?
– Кто бы говорил о жалости! Ты сам-то что вытворил? Ну угораздило Меня дать тебе свободу воли – ты на что её употребил, позор Мой?! Да и ладно бы сам только влип – остальных-то зачем подставил? Ты вообще в курсе, что для всей вашей банды обратной дороги нет?! Даже Я вас не смогу простить – вы же просто не можете раскаяться! Такова ваша природа!
– Так это ты нас такими сотворил! – парировал Люцифер и залпом осушил полбутылки. Где он находил выпивку в любой точке пространства-времени, даже Всеведущий предпочитал не интересоваться. – Чем так, уж лучше…
Он махнул рукой, чудом не расплескав остатки.
– Вообще не быть? – договорил за него Бог. – Извини, у того, кого нет, даже Я не могу поинтересоваться мнением – так что заранее спросить не вышло. И наделить тебя своими возможностями Я не могу: Абсолют по определению один, и это Я! Обретя Мои свойства, ты стал бы Моей частью и слился бы со Мной. А каким бы ты уж ни сделался – пожирать тебя Я не намерен… И люблю Я тебя, и планы на тебя имелись и имеются… да и вообще, сам знаешь – не в Моих правилах бывшее делать не бывшим.
– Всеблагий… – ехидно протянул Люцифер, снова укладываясь подремать.
Бог прошёлся из угла в угол и остановился у изголовья дивана.
– Да, Всеблагий! И именно поэтому сбежать в небытие тебе не удастся, шутник ты суицидальный!.. У Меня сейчас идёт очень важная работа. Я делился с тобой своими планами, ты знаешь, что для Меня значат люди. Седьмой вариант не может не сработать… Короче, Я тебя прошу: до конца Седьмого дня, пока Я не закончу и не отдохну настолько, что смогу снова терпеть тебя с твоими выкрутасами – не маячь здесь, а? Найди для своих подколок другое место… чёрт тебя забери!
В дверь робко постучали, и в приоткрывшуюся щель сунулась мордочка одного из мелких подручных Люцифера.
– Извините… шеф не у Вас? – неуверенно поинтересовался чёрт.
– У Меня, – буркнул Бог.
– Так это… я его домой забрал бы? К нам, в преисподнюю? Он же сам не доберётся…
– Забирай! И… – Бог замялся. Ему неприятно было употреблять новое имя прежнего любимца. – Сатанаил… Помни – до конца Седьмого дня!
Сатана не ответил. Опираясь на плечо чёрта, он неуверенно побрёл прочь.
Бог поглядел им вслед.
– Вот теперь всё будет нормально… – точно уговаривая сам себя, пробормотал Он. – Теперь точно всё выйдет, как надо…

… Где-то в траве Эдемского сада прошуршал хвост говорящего змея.

bisey: (Default)
После консультаций со специалистом я начал думать, нужно ли это. Но поскольку текст готов, выкладываю кусок - и думаю, оставлять ли его.
Read more... )
bisey: (Default)
Раз уж я оказался в доме, где есть выход в интернет, то выложу-ка микрохрень, написавшуюся сегодня с утра. Деревня на меня как-то плохо действует :)

… Слова «авария» и «не вовремя» – синонимы, однако эта случилась уж на редкость некстати. Катеру оставались всего считанные мгновения до посадки в заданном районе – и вдруг полный отказ системы, вместо успокоительного гула двигателей – зловещая тишина и свист рассекаемой атмосферы, а затем – резкий удар и хлопок аварийного парашюта.
– Доктор, когда я последний раз говорил вам, что ненавижу эту планету? – Пилот с трудом выкарабкался из люка и сейчас настороженно оглядывался по сторонам, не снимая руки с цевья лучемёта.
– Последний раз? Только что… Помогите открыть грузовой отсек! – Дрожа от холода, доктор побрёл к корме катера. – Может, что-то уцелело… Да, вот ещё – не хватайтесь лишний раз за оружие. Поверьте, от здешних тварей оно вас не спасёт. А вот нездоровое внимание пальба к нам привлечь может.
– Всё так плохо?
– Слава богу, мы не встроены в местную пищевую пирамиду. Иначе наше место было бы в самом основании. Самые страшные хищники нашей родины здесь в лучшем случае были бы мелкими падальщиками… Синтезатор цел, его энергоблок – тоже. А вот вездеход накрылся…
– Что?!
К сожалению, учёный оказался прав: лёгкая гусеничная машина, на которой при определённой доле везения можно было ещё засветло добраться до базы, оказалась раздавлена сорвавшимся с креплений синтезатором.
– Как поступим? Может быть, пойдём пешком? Мы ведь не так далеко от нужного места… Холодно, правда…
– Безнадёжно, – возразил доктор. – Вы сами сказали «холодно» – но сейчас это, по здешнему времени года, тёплая и солнечная погода. После заката мы оба замёрзнем. А идти как минимум двое здешних суток. Вдобавок… Тихо!
Вдалеке за деревьями мелькнула громадная серая тень, раз в десять больше любого из космонавтов.
– А вот это то, о чём я говорил… – побледнев, прошептал доктор. – И это – один из здешних мелких хищников.
– Мелких?! – Пилота затрясло от ужаса. – Каковы же крупные?
– Тихо! Если он нас найдёт…
Однако серое чудовище неторопливо удалялось, явно не собираясь возвращаться.
Доктор тяжело перевёл дыхание.
– Нам конец, – произнёс он. – Надеюсь, вы попрощались с семьёй перед вылетом?
Пилот привстал из-за громадной снежной глыбы, за которой пытался спрятаться от хищника.
– Послушайте, вы же специалист! – чуть не плача, произнёс он. – Вы один из лучших учёных, если вообще не самый лучший! Вы ведь уже высаживались на эту планету! Неужели ничего нельзя сделать?.. Подождите, здесь же вроде бы есть какая-то цивилизация! Может, попросить о помощи местных дикарей?
– Это категорически запрещено инструкцией… Впрочем, а что мы теряем? Если ваша идея сработает, оправдаться успеем, а если нет – нам будет уже всё равно… Хорошо, я попробую настроить транслятор. К счастью, он тоже цел.

Аборигена искать долго не пришлось. Земля задрожала от неимоверной тяжести шагов, и исполинская фигура закрыла солнце, будто туча.
– Боже, я и не представлял, какие они громадные! – Пилот с трудом заставил себя убрать руку от лучемёта. – Вы можете с ним договориться?
Вместо ответа доктор коснулся сенсора на лицевой панели прибора, и транслятор разразился серией оглушительных звуков. Секунду поколебавшись, гигант ответил – ещё громче. Доктор набрал новую комбинацию символов, транслятор проревел их на языке аборигенов, чудовище ответило…
Диалог длился довольно долго, но вот, наконец, учёный оторвался от прибора и устало потёр рукой лицо.
– Нам повезло, – сказал он. – Этот дикарь может нам помочь. Он отнесёт нас вместе с грузом прямо к базе. С его точки зрения это недалеко. Но он требует плату.
– Какую? – насторожился пилот. В его памяти тотчас же всплыла куча жутковатых картинок, позаимствованных из фильмов ужасов и даже детских сказок. Кто не знает о том, чего иной раз требуют в уплату чудовища?
– Эти создания употребляют в пищу кучу самых разнообразных вещей, – начал доктор, деликатно не заметив, как передёрнуло пилота, уже представившего себя на тарелке под острым соусом. – Часть из них – обычное питание, но часть – мозговые стимуляторы и одурманивающие вещества. Я пообещал, что если он доставит нас к базе, то получит большую дозу одного из таких стимуляторов.
– А где же мы его возьмём?
– Синтезатор работает. Это вещество – по сути, сильно разбавленное топливо для нашего вездехода.
Тем временем туземец вытащил откуда-то из глубин одежды полупрозрачный сосуд, размером примерно с разбившийся катер.
– Нужно это наполнить. Помогите мне подсоединить трубку. Пока будем идти, емкость наполнится… Что?
Абориген мотнул гигантской головой и что-то проревел.
– А, он требует часть прямо сейчас. Ладно, сейчас нальём…
Синтезатор работал с полной нагрузкой, и через считанные минуты в ёмкости уже плескался примерно бассейн топлива. Абориген ловко подхватил сосуд и опрокинул его над своей пастью.
– Всё, теперь он готов. Собирайте вещи.
Спустя недолгое время и катер, и синтезатор с прицепленной к нему ёмкостью (впрочем, исходя из размеров прибора и сосуда, трудно было сказать, что к чему было прицеплено), и оба космонавта разместились в глубоких складках то ли одежды, то ли шкуры аборигена. Гигант поднялся и, слегка пошатываясь, двинулся в нужную сторону.
– Таким темпом через час уже будем на месте, – заметно повеселев, сказал пилот. – Скажите, доктор, я вот не пойму: если местные раньше нас никогда не видели – почему этот вот не удивился и не испугался?
Доктор насмешливо фыркнул:
– Вы не забыли, что сейчас стекает в этот проклятый бак? Ручаюсь чем угодно, этот дикарь уже успел сегодня изрядно отравиться. Он с трудом отличает нас от собственных галлюцинаций… О, мы уже почти на месте! Честно говоря, мне даже немного жаль, что не пришлось толком пообщаться с этим созданием – на редкость любопытная форма жизни… Что ещё?
Абориген похлопал по карману, где сидели космонавты.
– Так, переводим… Боже, он просит ещё один вид стимулятора! Вот с этим уже будут проблемы. Придётся повозиться со структурой… Ну сейчас, сейчас! Готово!
Синтезатор щёлкнул, и из верхнего лючка выдвинулся какой-то цилиндр, примерно в полтора раза длиннее тела самого доктора…

– Эй, восьминогие, а закурить у вас нет? – изрядно заплетающимся голосом поинтересовался Федя Лысый, хлопая себя по карману куртки. Через секунду в его руке оказалась сигарета.
– О, спасибо, вы настоящие кореша!.. Всё, слазьте, приехали! Как договаривались – второй столб по дороге от Михалёвки… Чё? Помочь сгрузить? Щас…
Два мелких лиловых создания, с трудом волоча на себе кучу блестящих штуковин, исчезли в глубине сугроба.
– Вот заразы! – Федя в сердцах махнул рукой. – Ни тебе «До свидания», ни тебе «Пока»… Хоть бы аппаратик оставили, полезная штука… А, чё с вами говорить! Бывайте!
Он полез за пазуху и вытащил оттуда полуторалитровую бутылку из-под пива. Бутылка увесисто булькнула. Федя поднёс её ко рту и сделал большой глоток.
– Ох! – с трудом отдышавшись, пробормотал он. – Ну, хоть за это спасибо… Интересно, из чего вы, восьминогие, его гоните?
За бурьяном снова мелькнула серая тень - кошка Мурка опять сбежала из дома, чтобы вволю погонять по снегу полёвок…
bisey: (Default)
Коль скоро в ЖЖ обо мне последнее время шепчут, что я кровожадное чудовище (и это совершенно верно!), выложу кое-что предельно циничное и человеконенавистническое:





Скатертью, скатертью хлорциан стелится
И забивается под противогаз,
Каждому, каждому в лучшее верится -
Может быть, выживет кто-нибудь из нас...


Ну и немного саморекламы - куда ж без неё-то? Кусочек моей старенькой графомани на эту тему:

… Телефонная трубка была удивительно приятна на ощупь. Некоторое время Гэн просто сидел, наслаждаясь ощущением шероховатой тёплой пластмассы в руке, потом медленно, пересиливая себя, протянул руку к большой красной клавише. Обычно эту клавишу защищал от случайного нажатия круглый стеклянный колпачок, но сейчас он был откинут в сторону.
Палец лёг на клавишу. Несколько секунд хитроумная автоматика проверяла все доступные ей параметры: узоры паппиляных линий, структуру ДНК клеток кожи, температуру тела и пульс – даже отрубив палец владельца терминала, чужак всё равно не смог бы активировать систему. Что проверялось ещё, Гэн не знал. Когда-то Джей говорил – неизвестно, насколько это было всерьёз – что аппаратура проверяет и вменяемость оператора, находится ли он в здравом уме и твердой памяти.
Сейчас Гэну очень хотелось сойти с ума.
– Господин президент, дежурный слушает, – Трубка ожила. – Жду ваших указаний.
– Активация
Гэн проговорил это слово медленно и чётко, чтобы его голос совпал с тем образцом, который хранился в памяти компьютера. Давным-давно, когда он наговаривал всякую чепуху в микрофон, ещё была надежда на то, что приготовления окажутся ненужными…
– Подтверждаю – активация! – На пульте дежурного уже горел сигнал опознания голоса. – Степень?
Гэн молчал некоторое время. Его невидимый собеседник молчал тоже, не решаясь переспрашивать. Пересилив себя, Гэн произнёс:
– Полная. Вариант – «Трезубец».
– Подтверждаю, полная активация, вариант «Трезубец»… Да не отринет нас Светлая Килагра! – не по уставу закончил офицер.
Не произнося больше не слова, Гэн положил трубку на аппарат.
Где-то высоко над ними, на границе атмосферы и открытого космоса, десяток заурядных на вид спутников вдруг выпустили из себя кинжальные язычки пламени – сработали тормозные двигатели. Медленно поплыли в сторону сброшенные маскировочные панели, открывая ртутно-блестящие обтекаемые тела. Десять сигар клюнули носом и пошли вниз – к планете.
«Троянские» спутники, ракеты орбитального базирования. Абсолютное оружие. Защиты от них не существовало. Даже новейшие плазмотроны, создающие на пути падающей боеголовки сплошную завесу огня, – даже они нуждались в прогреве перед запуском, в нацеливании, а главное – в команде на запуск. «Троянские» ракеты не давали такого шанса – их подлётное время составляло всего несколько десятков секунд. Враг успевал только засечь атаку.
Десять водородных боеголовок, последний резерв Конфедерации… Через две минуты над городами Певрата взойдет новое солнце.
На мониторе появилась карта центральной части материка. От её краёв к центру побежали тонкие алые полоски – проекции траекторий ракет. Они стремительно приближались к границам империи.
Десять ракет – десять городов. Военные заводы, авиабазы певратской стратегической авиации, штабы войск… И сотни тысяч людей, которые не успеют даже узнать, откуда пришла смерть.
«Трумену было легче, – отрешённо подумал Гэн. – Он, по крайней мере, не ведал, какие силы выпускает на волю».
Конир, Илум, Кирг… Один удар, и с Певратом покончено. Ответить им будет нечем. В арсенале имперских ВВС было всего пять атомных бомб. Три из них покоятся на дне Алагортала вместе с бомбардировщиками. Четвёртая лежит где-то в степях Арленора, разбитая на сотни осколков. Пятая сожгла Сент-Джон.
Бессмысленно наносить удар по наступающим войскам – герметичная бронетехника, калий йод в аптечке каждого пехотинца… Потери будут страшными, но великолепная машина имперской армии не остановится, пока жива хотя бы пятая часть солдат… А Конфедерация обескровлена. В бой уже брошено ополчение – старики и мальчишки с бутылками, наполненными зажигательной смесью. Кадровые войска распылены, уничтожены за годы гражданской войны. Арсеналы пусты
Если атака пройдёт удачно, певрским солдатам будет некуда возвращаться…
Одна из красных линий на дисплее вдруг осеклась, завершившись маленьким косым крестиком. Отказ двигателей, самоподрыв, случайный истребитель Певрата с ракетой класса «воздух-космос»? Гэн на секунду испытал невозможное, запретное для него сейчас чувство – радость. Один из обречённых городов останется цел. Люди будут жить.
А затем точки, обозначающие цели ракет, одна за другой замерцали ярким белым светом. Попадание. Девять огненных волн уже покатились по долинам центрального Певрата. Илум, Кирг, Дортар… Конир.
– Господи… – прошептал Гэн. – Прости мне дела мои…
Бесстрастный компьютер закрашивал карту империи тёмно-багровыми кляксами, похожими на трупные пятна – вероятные зоны радиационного заражения…

Profile

bisey: (Default)
bisey

June 2017

S M T W T F S
    123
45678 910
1112 1314151617
18192021 222324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 26th, 2017 05:22 pm
Powered by Dreamwidth Studios